Легким пунктиром по кромке студеных морей обозначились северные рубежи новой страны СССР уже в первой пятилетке (1928–1932), и во многом стараниями Георгия Ушакова. Интересно, что утвердить эту невидимую линию на севере явился человек с дальневосточного юга, чьи предки держали российскую границу там, где синей жилкой пульсирует на стыке двух стран Амур. Пятая по величине азиатская река образуется слиянием рек Шилка и Аргунь, которые берут начало в нагорьях Центральной Азии. И монголы, и китайцы называют Амур Черной рекой — так, до черноты, глубоки её сильные воды.

Родился Георгий на притоке Амура, реке Бира, в поселке Лазаревский Михайло-Семёновского станичного округа Амурской области (теперь в черте города Биробиджан). Здесь, в 509 км от Благовещенска и в 192 км от Хабаровска, в «глухой таёжной деревушке», жили казаки. Откуда вести отсчёт семейства Ушаковых? Скорее всего, со второй половины XIX века, с того времени, как по Айгунскому договору 1858 года (и уточнившему его Пекинскому договору 1860) Россия присоединила Амурскую область с официальной границей по реке Амур: правый берег за Китаем, левый — за Россией.

Плацдармом для освоения Приамурья и Приморья стало Забайкалье: отсюда везли людей подневольных — ссыльных крестьян-староверов (семейских), но сначала и прежде всего людей служилых — казаков Забайкальского казачьего войска, по данным Сибирского комитета, особенно активно с 1855–1856 по 1862 год. С зимы 1858 года готовили особую экспедицию по Амуру: генерал-губернатор Восточной Сибири Н. Н. Муравьёв спешил укрепить существующие станицы, «заселить местность от Хингана до Уссури и, наконец, положить начало заселения самой Уссури».

«Самое расселение по означенным местам не зависело от казаков, — свидетельствует протоиерей отец Александр Сизой в 1858 году. — Их, как и в 1857 году, не спрашивали: нравится ли место, годно ли оно к землепашеству, а когда очередной барже с переселенцами подходит время высаживаться, старший на барже зорко смотрит на берег и, завидев столб с дощечкой, командует: “Прибиваться к берегу!” После остановки начинается выгрузка людей, имущества, провианта. Нагнавший начальник “реза” (рейса) выдаёт винные порции, поздравляет колонистов с новым местом жительства и, сказав: “Живите, ребята, с Богом!” — едет дальше для такой же надобности».

Одним из важнейших пунктов Айгунского мирного договора регламентировалось движение по Амуру, Сунгари и Уссури: плавание было разрешено только российским и китайским судам и запрещено «третьим лицам». Присоединение к России этих территорий стало исключительно важным в геополитическом плане, сняв все притязания на северный выход к Тихому океану англичан, французов и американцев.

И как ни трудно представить, но вся эта большая политика столбилась там, где вбит частокол таёжной станицы, топится печь в казацкой избе и горит перед иконами лампадка. Освоить непролазные дебри, обустроить границу, нести службу, и всё это вдали от официальной власти, — нужны особое чувство долга, ответственность и самодисциплина. Конечно, и детей казаки воспитывали в традициях, учили порядку и делу.

Восемнадцать изб, срубленных из посеревшей от времени, когда-то розовой даурской лиственницы, — напишет в книге «По нехоженой земле» Георгий Ушаков. В семье Алексея Петровича и Прасковьи Лукиничны Ушаковых родилось восемь детей, выжили пятеро: Василий, Иван, Пётр, Валентина и Георгий, или Егорка. Егорка помнит, как читал наизусть сказки Пушкина отец, как учились без букваря, изображая живые буквы.

В соседнем селе Егорка окончил школу, и дальше его ждала работа в семейном хозяйстве. Но однажды, выбрав праздничный день, когда в застолье никто не заметит побега, он взял коня, доскакал до своего учителя и рассказал, что хочет учиться дальше. Когда в ответ на запрос пришло разрешение на сдачу экзаменов в училище, родители приняли это за распоряжение, и мать сама повезла Егорку в Хабаровск.

Но все же главным учителем всегда была тайга: «Уже с десяти лет я нередко сопровождал старших братьев на охоте на крупного зверя в дальневосточной тайге». Так что летом 1916 года Егор с лёгкостью подрядился в какую-то таёжную экспедицию.

Позднее Ушаков вспоминал: «Случай однажды свел меня с интереснейшим человеком, более значительным, чем все, кого я видел прежде. Пятнадцати лет я оказался в роли полевого рабочего, или скорее мальчика на побегушках, в отряде В. К. Арсеньева — знаменитого исследователя Уссурийского края, знатока и тонкого ценителя природы, превосходного писателя. Целое лето я провел с этим замечательным исследователем, учась у него разбирать сложную жизнь природы, заслушиваясь по вечерам увлекательнейшими рассказами о путешествиях».

Арсеньев ещё не раз поддержит молодого человека, а пока оставит на память книгу Фердинанда фон Врангеля «Путешествие по северным берегам Сибири и по Ледовитому морю» об экспедиции 1820–1824 годов.

Уже спустя десять лет, в 1926 году, Ушаков окажется на острове имени адмирала Врангеля — того самого, из поразившей его книжки про полярные земли.

В последние дни на острове Врангеля Георгий Ушаков уже видел, куда он отправится дальше. Ещё обдумывал детали, но точно знал: главной опорой в предстоящем исследовании Северной Земли станут собаки с берегов Амура — лучшие помощники нанайцев, ульчей и нивхов из родных ему краёв.

Ольга Бараева